Зет-активисты, на самом деле, недалеко ушли в плане гражданских свобод и возможности их реализации от иноагентов и прочих несогласных. Обратите внимание: единственный способ взаимодействия зет-активист
Зет-активисты, на самом деле, недалеко ушли в плане гражданских свобод и возможности их реализации от иноагентов и прочих несогласных. Обратите внимание: единственный способ взаимодействия зет-активиста с реальностью, единственный механизм — это "призыв запретить". Даже не донос, потому что око государево и так в курсе, кто, где и в каком составе, ему не нужны марины ахмедовы, чтобы узнавать про голые вечеринки, потому что оно и так очень хорошо знает владельцев этих вечеринок.
Почему-то считается, что провластность — это выбор, который предоставляет какие-то преференции, что за этим выбором следуют деньги, возможности, безопасность. Несмотря на сотни примеров обратного — от прямых репрессий до плача прилепиных по недостаточному финансированию ополченской литературы. Вы, наверное, удивитесь, но провластные активисты — точно такие же люди, у которых точно так же отобрали базовые демократические права. Провластные активисты точно так же не могут избрать президента в ходе свободных выборов (они делают вид, что не хотят), они не всегда могут говорить, что думают (они делают вид, что говорят, что думают) — короче, принципиально ничем марины ахмедовы не отличаются от нас с вами, у них тоже все отобрали. Поэтому либералы, например, участвуют в сборе подписей за антивоенных кандидатов, а зет-активисты пишут доносы, но и те, и те, по сути, поменять ничего не в состоянии — это одновременно защитный механизм и попытка нащупать легальный способ участия в народовластии. Да, после публичных заявлений марин ахмедовых репер васио садится в тюрьму — но не потому, что марины ахмедовы рассказали об этом Путину, и если убрать из этой схемы активистов — ничего не поменяется, потому что проблема далеко не в активистах, активисты — точно такие же заложники спектакля.
