В Петербурге дочь требовала миллион с водителя, насмерть сбившего ее отца. Но суд присмотрелся к делу и снизил планку в четыре раза

Поучительную историю о семейных ценностях и их материальном эквиваленте рассказывает объединенная пресс-служба судов Санкт-Петербурга. Дело было так. Восьмого марта прошлого года Александр сел за руль подшофе. Разогнался о 50 км в час, выехал на встречку, протаранил металлическое ограждение тротуара, а потом вылетел на сам тротуар. Там он сбил пешехода, которым оказался отец Светланы. Пожилой мужчина скончался на месте, а Александра остановил фасад ближайшего дома. Был суд, Александра признали виновным по ч.4 ст.264 УК РФ - совершение ДТП, повлекшего по неосторожности смерть человека, если оно было совершено лицом, находящимся в состоянии опьянения. Теперь Светлана потребовала с Александра 1 миллион рублей в качестве компенсации причиненного ей морального вреда. Однако суд взыскал не миллион, а только 250 тысяч, плюс 300 рублей на возмещение госпошлин. И вот, почему. В процессе рассмотрения дела выяснилось прекрасное. Еще на стадии предварительного следствия, жена Александра выплатила Светлане 136 482 рублей на похороны отца, о чем имелась расписка. В эту сумму вошли: поездка в Санкт-Петербург за урной с прахом и обратно – 27 812 руб., аренда квартиры – 6 000 руб., выкуп урны с прахом отца – 50 000 руб., транспортировка урны с прахом – 16 000 руб., похороны и два поминальных обеда - 36 670 руб, плюс еще 44 000 руб. в качестве компенсации затрат на установление памятника и керамооградки. Внимательный читатель спросит: так, стоп, что значит «выкуп урны»? Оказалось, погибший проживал с женщиной, и эта самая сожительница не отдавала дочери урну с прахом, требуя выкуп – 50 000 рублей. Что и было ей выдано женой Александра. Так что суд учел нравственные страдания Светланы от гибели отца. Но учел также, что Александр добровольно признал свою вину в полном объеме, раскаялся, принес извинения, понес соответствующее наказание, добровольно предпринял меры к возмещению материального и морального вреда, а еще - имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка. А Светлана с десяти лет жила отдельно от отца, с мамой, что, по мнению суда, свидетельствует об отсутствии тесной связи с погибшим. Так что претензии дочери удовлетворили лишь на четверть. Арифметика и жизнь. @fontankaspb